Дек 15
Суббота
logo Информационное агентство "Ольвия-пресс"

Приднестровская Молдавская Республика
В ПРБ констатируют относительную стабилизацию цен на внутреннем рынке » Об этом проинформирован Президент ПМР. Взимание оффшорного сбора будут совместно контролировать ПРБ и ГТК » Вступил в силу совместный приказ Приднестровского республиканского банка, Государственного таможенно... Прокуратура Слободзеи выявила нарушения земельного законодательства при предоставлении участков в до... » Прокуратура города Слободзея и Слободзейского района выявила нарушения в работе местной госадминистр... Илья Галинский: Первые 100 дней президентства Евгения Шевчука: законность и сопричастность » Политические эксперты, обычно характеризуют первые 100 дней президентства, как крайне важную знакову... Дубоссарский район награждён Орденом Республики » Город Дубоссары, как и приднестровская столица, накануне отметил 68-ю годовщину со дня освобождения ... Минобразования России выделило 169 бюджетных мест в российских вузах для поступления приднестровцев » Министерство образования и науки Российской Федерации выделило 169 бюджетных мест для поступления пр... Председатель Правительства встретился с представителем немецкого парламента » Петр Степанов провел официальную встречу с Советником Бундестага Германии по внешней политике Мартин... Пасхальное послание Преосвященнейшего Саввы, Епископа Тираспольского и Дубоссарского » …Христос за всех умер, чтобы живущие уже не для себя жили, но для умершего за них и воскр... Приднестровская сторона в ОКК заявляет о недопустимости провокаций в Зоне Безопасности » Как сообщил информационному агентству «Ольвия-пресс» сопредседатель Объединённой контрол... Пост первого заместителя Председателя Правительства ПМР заняла Наталья Русанова » Президент Приднестровья назначил первого заместителя Председателя Правительства. Эту должность по пр...

Аналитика

05.03.2012
В истекшем году на внутреннем рынке Приднестровья наблюдалось устойчивое и скорое...
01.03.2012
Приднестровье отказалось сесть с Молдовой за один поминальный стол Вчера в Дублине...
06.02.2012
Ухудшающаяся обстановка в Зоне безопасности грозила поставить под вопрос успех многолетних...
18.01.2012
Невесело начался новый — 2012-ый — год в Республике Молдова. Мало...
27.12.2011
Странные парадоксы Молдовы. Они вполне соответствующие выражению шиворот-навыворот. В Приднестровском регионе...
06.12.2011
Что-то неладное творится в рядах «Обновления». Анатолий Каминский поведал на недавней...
02.12.2011
«Приднестровье готово участвовать в обеспечении военно-технических мер в ответ на развертывание...
29.11.2011
Итак, по предварительным данным в Южной Осетии большинство голосов набрала «протестный...
24.11.2011
Визит главы МИД РФ Сергея Лаврова в Бессарабию и сделанные им...
24.11.2011
В последнее время приднестровцы стали отмечать, что в некоторых зарубежных средствах...
16.11.2011
Грязные PR-технологии, прошедшие обкатку в некоторых государствах СНГ на волне предвыборных...
12.11.2011
Как такового «плана Медведева» относительно будущего Приднестровской Молдавской Республики нет. Есть...
09.11.2011
В Государственном таможенном комитете Приднестровской Молдавской Республики 4 ноября прошла предварительная...
04.11.2011
Подлый же Фагот, и он же Коровьев, прокричал: - Вот, почтенные...

Архив


В виде ленты
В виде списка
<Января 2010>
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
262728293031
Глава 3
25.01.2010 11:08

 

Глава 3

Принцип самоопределения народов – онтологическая база и ключевая юридическая гарантия независимости Приднестровья

Данная глава документа, безусловно, не может быть написана с позиций голого юридического объективизма. Вопиющее нарушение данного принципа международного права в отношении Приднестровской республики имеет много измерений, среди которых преобладают, в силу ряда причин, морально-этические императивы. Категории «порядочности», «чистоплотности», «справедливости» и «совести», разумеются, не формируют каких-либо отдельных юридических конструкций, однако морально-этический аспект международно-правового принципа самоопределения в контексте суверенных прав приднестровского народа для авторов данного документа является определяющим.

В истории права вообще и международного права в частности мы очень часто сталкиваемся с ситуациями, когда провозглашается некий исходный общий принцип, о логических след ствиях которого и необходимости подчиняться ему и вытекающим из него следствиям, подчас, глубоко и всерьез не думают. И, тем не менее, через некоторое время оказывается, что этот принцип, если он выражает реальные базовые ценности современного ему мира, если он соответствует потребностям развития человечества, оказывается вполне реальной, а подчас и решающей силой. Вероятно, великий Уинстон Черчилль также не думал, что провозглашение им права на самоопределение будет означать, в самом скором времени, ликвидацию Британской империи, как советские руководители, в свою очередь, не думали, что фиктивным правом на отделение, зафиксированным в Конституции СССР, кто-нибудь и когда-нибудь воспользуется. Но принципы, которые в момент провозглашения казались скорее риторикой, на деле оказались силой значительно большей, чем даже сила великих империй.

Право наций и народов самим решать свою судьбу уже вполне ясно изложено в Декларации независимости США 1776 года и во французской Декларации прав человека и гражданина 1789 года. Вполне очевидно уже в этих первичных документах прослеживается мысль о неразрывном взаимодействии принципа суверенитета нации с принципом ее самоопределения как непосредственного проявления ее суверенной воли. Передавая суверенитет народу (нации), то есть, провозглашая народ (нацию), а не монарха источником власти, великие революции XVII-XIX веков справедливо решали задачу идеологического и теоретического обоснования своей практической деятельности, противоправной с точки зрения действовавших тогда законов абсолютизма. Источником законов был, в конечном счете, монарх как носитель суверенитета, но если лишить монарха суверенитета, то делегитимизируется и монархическое законодательство. Суверенитет нации, таким образом, есть право народа самостоятельно выбирать то или иное общественное устройство.

Итак, возникнув исторически как характеристика государства, категория «суверенитет» достаточно скоро пополнилась новой, не менее глубокой и ценной, разновидностью – народным суверенитетом, а стремительный рост национального самосознания во второй половине XVIII века заставил задуматься ведущих теоретиков конституционализма и о национальном суверенитете. Тут следует отметить, что народ отличается от обычной совокупности людей тем, что становится общностью. Ключевыми моментами для самоидентификации народа является не только проживание людей на определенной территории, но и внутреннее сознание своего духовного и культурного родства. Именно на первичных этапах народной самоидентификации появляется не только восприятие общественных проблем как своих, но и потребность принять участие в их решении. В результате стремления людей сообща управлять своей жизнью рождается самоопределение (самоуправление), являющееся сутью так называемой «власти народа». Право на самоопределение, таким образом, сле

дует понимать, прежде всего, как право на самоорганизацию соответствующих общностей людей на их самоуправление своими внутренними делами, своей жизнью.

Авторы данного документа считают чрезвычайно важным пресечь разнообразные варианты эквилибристики понятиями «нация» и «народ», часто используемой противниками государственного самоопределения народа Приднестровья. Периодически, в обход здравого смысла и формальной логики, они то пытаются доказать, что многонациональный народ Приднестровья не является единой нацией, а потому, дескать, не имеет право на самоопределение, то, вспоминая четкие формулировки международно-правовых документов о «праве народов на самоопределение», пытаются вообще отказать приднестровскому народу в праве быть народом как таковым.

Под этой лингвистической путаницей «нация»/«народ» лежит восходящее опять-таки к эпохе великих революций XVIII века представление о неразрывной связи категория «нация» с государственным строительством. Борьба с европейскими монархиями была одновременной борьбой за национальные государства. В результате, как в Западной Европе, так и в США сложилось представление о нации как о народе, организовавшем государство на своей территории(или, в крайнем случае, неизбежно организующем такое государство в будущем). Представление о внутренней связи нации и государства без труда обнаруживается у любого классика политической мысли того времени. Возникает формула «одна нация -- одно государство». Собственно, если заглянуть в современную справочную литературу, то мы обнаружим унаследованную от Американской и Великой Французской революций характеристику нации как совокупности граждан какого-либо государства вне зависимости от их этнического происхождения. Тут часто используется синонимичная категория “политическая нация”. Поскольку в XVII-XIX веках возникновение таких наций было сопряжено именно с возникновением национальных государств (то есть мононациональных, часто за счет поглощения малых народов большими достаточно мало кто сегодня во Франции институционально помнит об авиньяках или нормандцах), то как раз тут мы и видим очевидный пример совпадения нации с народом.

Аналогично обстояло дело и во Франции. Французская революция, которая ввела в употребление в качестве политического термина конструкцию «французская нация», смело чередовала слова «nation» и «peuple», отдавая, впрочем, приоритет словосочетанию «le peuple français». Американцы до сих пор пишут «французская нация» исключительно как «the French people». В состав единой «французской нации» включалось, естественно, все население Франции, которому революция предоставила равные права, независимо от происхождения и вероисповедания. В состав «французской нации» оказались включены и баски, и бретонцы, и корсиканцы. Проблемы, с которыми республиканские власти столкнулись в Вандее или на Корсике, были, помимо прочего, связаны с тем, что само население Бретани и Корсики себя «французской нацией» поначалу абсолютно не считало. Одной из основных задач французской революции в этой связи стала задача слома региональной этнической самоидентификации.

Таким образом, по мнению авторов данного документа, лексическое совпадение категорий «приднестровский народ» и «приднестровская нация» после формирования суверенной Приднестровской Молдавской Республики является научным и неоспоримым фактом, обусловленным самим ходом исторического развития.

А в контексте проблематики самоидентификации проживающих на территории ПМР жителей можно указать на результаты социологического опроса, проведенного Центром социальных и политических исследований «Перспектива», которые показали, что абсолютное большинство опрошенных жителей (77%) отождествили себя именно как приднестровский народ. Эта само идентификация населения ПриднестровскойМолдавскойРеспублики – весомый аргумент в пользу того, что именно приднестровский

народ, как суверен, вправе воспользоваться своим правом на самостоятельное учреждение своего политического статуса в форме независимого суверенного государства.

Конституция Приднестровской Молдавской Республики, принятая на всенародном референдуме 24 декабря 1995 года, в своей Преамбуле четко фиксирует категорию «многонациональный народ Приднестровской Молдавской Республики» в качестве конституционно-правовой категории, а Статья 1 Конституции ПМР фиксирует данный народ в качестве единственного «носителя суверенитета и единственного источника власти».

Следует отметить, что понятие «самоопределение народов» широко распространилось в политическом и международно-правовом дискурсе во время первой мировой войны (1914-1918 гг.). Оно связано, в первую очередь, с именем Президента США Вудро Вильсона, активно отстаивавшего право народов на самоопределение в тесной взаимосвязи с западными либерально-демократическими ценностями и возникшими на Европейском континенте национально-освободительными движениями. Еще в разгар первой мировой войны он заявил, что «никто не правомочен осуществлять передачу народов от одного государства к другому, как будто бы они являются чей-то собственностью». 8 января 1918 года Президент Вудро Вильсон изложил Конгрессу США свое понимание принципа самоопределения народов и предложил пути политического переустройства послевоенной Европы. При этом он рассматривал принцип самоопределения народов в качестве «императивной и руководящей нормы, которую государственные деятели отныне могут игнорировать только с риском для себя». Также тут следует указать на его знаменитое высказывание о том, что «ни один народ не должен быть удерживаем силой в государстве, где он не хочет жить».

Заметьте, что именно в этом контексте большинство государств мира приобрело государственный суверенитет в течение последних пятидесяти лет и именно этот принцип «самоопределения народов» лежит в основе многих современных мирополитических реалий. В частности, он является единственным правовым основанием сегодняшней независимости бывших республик Советского Союза, так как их право выхода из состава федерации базировалось именно на данном принципе. Принцип права народов на самоопределение явился для ООН достаточным основанием также для того, чтобы объявить систему апартеида в Южной Африке вне закона. Получение независимости бывшими югославскими республиками (Словения, Хорватия, Македония) стало возможным только благодаря тому, что международное сообщество также признало за народами данных государств право на самоопределение. Очевидно, что современные государства, обязанные свои рождением этому принципу, не могут отказаться от уважения к нему, не вставая на путь международно-правового нигилизма – путь, на котором их аргументы в пользу незыблемости их «территориальной целостности» становятся весьма двусмысленными, если не сказать, --откровенно сомнительными. Проблематика приднестровского конфликта нам наглядно подтверждает данный тезис.

При принятии тех или иных решений, связанных с реализацией права на самоопределение, структурно организованное международное сообщество уже на протяжении столетия постоянно сталкиваются с вопросом: кому оно должно принадлежать, то есть с вопросом определения надлежащего субъекта права на самоопределение. Ученые, общественные и политические деятели, дипломаты приложили немало усилий для того, чтобы разобраться в этом вопросе и установить некие общие рамки и алгоритмы анализа и разрешения данной проблемы.

Еще на заре антиколониальных революций ХХ века было предложено следующее определение: «Субъектом права на самоопределение являются народы, нации и народности, а также народы, состоящие из нескольких наций, народностей или национальных групп, имеющие общую территорию, одну или несколько других общностей (историческую, культурную, языковую, религиозную и т.п.) и объединенные общностью

цели, которую они хотят достичь посредством самоопределения». Эта дефиниция была подтверждена практикой и подводила известную правовую базу под международное регулирование длительного процесса деколонизации. Однако четкое международно-правовое закрепление было еще впереди. Каким же образом оно закрепляло данный принцип?

Обратимся к фиксации принципа самоопределения в ключевых международно-правовых документах. В пункте 2 Статьи 1 Устава Организации Объединенных наций 1945 года подчеркивается стремление «развивать дружественные отношения между нациями на основе уважения принципа равноправия и самоопределения народов». Как видим, в данной формулировке упоминаются не только «народы», но и «нации», однако принцип самоопределения фиксируется, исходя из данной формулировки, именно за народами. Тут, разумеется, возникает вопрос: «А как же традиционный принцип «права наций на самоопределение, вплоть до отделения»? По нашему мнению, ответ очевиден. Исходя из трех основных традиций использования лексической категории «нация» мы получаем нижеследующее.

  1. Нация, традиционно употребляемая в качестве синонима категории «народ, организованный в государство» («политическая нация»),соответственно, полностью приравнивается в своей правосубъектности к категории «народ», как единственный субъект реализации международно-правового принципа самоопределения.

     

    1. Нация, употребляемая тут в качестве синонима категории «этнос», действительно, может быть субъектом права на самоопределение в том случае, когда она одна проживает на самоопределяющейся территории, то есть, когда по своему субъектному составу она фактически совпадает с категорией «народ». Если же на этой территории проживают и другие этносы (нации), то правом на самоопределе

       

    2. ние наряду с ней обладают и они, а субъектом этого права является все население данной территории (народ), то есть, используя древнегреческие термины, «демос, а не этнос».
  2. Нация, употребляемая тут в качестве синонима слова «государство», разумеется, в принципе, не может рассматриваться в качестве субъекта права на самоопределение, так как государство само по себе уже является результатом реализации данного принципа.

     

Свое дальнейшее развитие международно-правовой принцип права народов на самоопределение получил в Декларации о предоставлении независимости колониальным странам и народам, принятой Резолюцией 1514 (XV) Генеральной Ассамблеи ООН 14 декабря 1960 года. В Преамбуле данного документа указывается, что Генеральная ассамблея ООН принимает данный документ «сознавая необходимость создания условий устойчивости и благосостояния и мирных и дружественных отношений на основе уважения принципов равноправия и самоопределения всех народов и всеобщего уважения и соблюдения прав человека и основных свобод для всех, без различия расы, пола, языка и религии,

признавая горячее стремление всех зависимых народов к свободе и решающую роль этих народов в достижении своей независимости,

зная об усилении конфликтов, вызываемых отказом в свободе или созданием препятствий на пути к свободе таких народов, что представляет собой серьезную угрозу всеобщему миру…».

Последний аргумент звучит чрезвычайно современно и сейчас, и не только в контексте Приднестровского вооруженного конфликта 1992 года. Еще в 90-е годы ХХ столетия ведущие международные социологи и конфликтологи показали, что после ликвидации политической системы колониализма, распада Советского Союза и Югославии число межгосударственных войн сократилось, а число гражданских войн и внутригосударственных конфликтов значительно увеличилось. За 1917–1984 годы в Европе произошли две межгосударственные войны и двенадцать гражданских, то есть внутригосударственных. Как видим, в шесть раз больше. А что говорить о современной ситуации в Восточной Европе, где с начала 90-х годов была отмечена целая волна кровопролитных гражданских войн.

Представляется, что указанная неблагоприятная тенденция в мировом развитии может продолжиться. Этому, в частности, по мнению авторов документа, содействуют следующие факторы:

переход от биполярного мира, в котором одна сверхдержава со своими союзниками угрозой «взаимно гарантированного уничтожения» сдерживала агрессивные устремления другой сверхдержавы с ее союзниками, к многополярному миру ослабляет или вообще устраняет указанный сдерживающий фактор;
задачи антиколониальных революций, зафиксированные в свое время, в том числе и в рассматриваемой нами Резолюции 1514 (XV) Генеральной Ассамблеи ООН от 14 декабря 1960 года, оказались до конца не решенными. С одной стороны, мы видим, что абсолютное большинство новых самоопределившихся государств не получили ни экономической независимости, ни условий для развития, ни желанных их народом общественно-экономических систем. А с другой стороны, мировое и европейское сообщества оказались не готовыми дать адекватный международно-правовой ответ на очередной вызов времени --распад СССР и Югославии в контексте демократического права на самоопределение всех народов, их населяющих;
возникновение на обломках колониальных режимов свыше ста новых государств не решило и многих других их политических задач. Речь тут может идти о целесообразном межнациональном размежевании, преодолении межэтнических антагонизмов, устойчивых и справедливых границах, благоприятных условиях для развития национальных языков и культур и др.;
права человека в большинстве стран остаются незащищенными. Смертность превышает рождаемость, продолжительность жизни сокращается, жизнь не защищена.

Однако, безусловно, наиболее важным фактором постоянной региональной напряженности и фактором угрозы войны остается, словами анализируемого документа, «отказ в свободе или создание препятствий на пути к свободе … народов, что представляет собой серьезную угрозу всеобщему миру». Именно безответственная имперская антидемократическая политика отказа от принципа самоопределения народов и является основным источником гражданских войн и вооруженных конфликтов, которые часто продолжают цинично именоваться «внутренними».

Преамбула Декларации о предоставлении независимости колониальным странам и народам также приветствует и учитывает «стремление к свободе, проявляющееся все с большей силой в тех территориях, которые еще не достигли независимости, исходя из убеждения, что все народы имеют неотъемлемое право на полную свободу, осуществление своего суверенитета и целостность их национальной территории» и «торжественно провозглашает необходимость незамедлительно и безоговорочно положить конец колониализму во всех его формах и проявлениях». Данные справедливые стремления Декларации становятся базовыми для ее резолютивной части, где впервые в международно-правовом документе развернуто презентуется принцип самоопределения:

« 1. Подчинение народов иностранному игу и господству и их эксплуатация являются отрицанием основных прав человека, противоречат Уставу Организации Объединенных Наций и препятствуют развитию сотрудничества и установлению мира во всем мире.

  1. Все народы имеют право на самоопределение; в силу этого права они свободно устанавливают свой политический статус и осуществляют свое экономическое, социальное и культурное развитие.

     

  2. Недостаточная политическая, экономическая и социальная подготовленность или недостаточная подготовленность в области образования никогда не должны использоваться как предлог для задержки достижения независимости.

     

  3. Любые военные действия или репрессивные меры какого бы то ни было характера, направленные против зависимых народов, должны быть прекращены, с тем чтобы предоставить им возможность осуществить в условиях мира и свободы свое право на полную независимость, а целостность их национальных территорий должна уважаться.

     

  4. В подопечных и несамоуправляющихся территориях, а также во всех других территориях, еще не достигших независимости, должны быть незамедлительно приняты меры для передачи всей власти народам этих территорий, в соответствии со свободно выраженной ими волей и желанием, без каких бы то ни было условий или оговорок и независимо от расы, религии или цвета кожи, с тем чтобы предоставить им возможность пользоваться полной независимостью и свободой».

     

Понимая необходимость и важность экономической основы самоопределения зависимых народов, уже 14 декабря 1962 года Генеральная Ассамблея ООН принимает Резолюцию 1803 (XVII) «Неотъемлемый суверенитет над естественными ресурсами» в которой фиксирует, что «право народов и нации на неотъемлемый суверенитет над их естественными богатствами и ресурсами должно осуществляться в интересах их национального развития и благосостояния населения соответствующих государств».

Итак, радикальное утверждение права на равенство и самоопределение народов происходит в 1960 году с принятием Генеральной Ассамблеей ООН обозначенной выше резолюции о предоставлении независимости колониальным народам. Резолюция зафиксировала как эволюцию колониальных народов, их возросшее самосознание, усвоение ими базовых современных ценностей, не позволявших мириться с колониальным положением, так и колоссальную морально-правовую эволюцию, произошедшую в самих государствах-колонизаторах, отказ развитых обществ от самых фундаментальных традиционных представлений о ценностях и о самом смысле существования государств.

Но переход от признания права на независимость колоний до признания абсолютности международного права на независимость вообще всех народов (не просто как декларативно провозглашенного принципа, но как реально действующего права, предполагающего процедуру и условия его реализации) – чрезвычайно трудный, но необходимый следующий шаг, который не сделан и до сих пор.

Трудность его связана с тем, что если освобождение колоний в 50 --60-е годы ХХ века не только соответствовало новому уровню правосознания в развитых обществах, но и поддерживалось так называемым “советским блоком” и всеми, уже независимыми странами “третьего мира”, то современное признание права на независимость вообще за всеми народами мира реально будет встречено в штыки основными геополитическими игроками. А ведь это, не более и не менее, просто требование четкого выполнения норм международного права. Именно поэтому, авторы данного документа в деле обоснования справедливого и демократического характера Приднестровской республики, основанной на принципе самоопределения ее народа, апеллируют, прежде всего, не к ведущим мировым доминантам, а к структурам международной и европейской общественности.

Принятые общей Резолюцией 2200 А (XXI) Генеральной Ассамблеи ООН 16 декабря 1966 года «Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах» и «Международный пакт о гражданских и политических правах» в своих тождественных Статьях 1 Части 1 подтверждают принцип самоопределения:

«1. Все народы имеют право на самоопределение. В силу этого права они свободно устанавливают свой политический статус и свободно обеспечивают свое экономическое, социальное и культурное развитие.

  1. Все народы для достижения своих целей могут свободно распоряжаться своими естественными богатствами и ресурсами без ущерба для каких-либо обязательств, вытекающих из международного экономического сотрудничества, основанного на принципе взаимной выгоды, и из международного права. Ни один народ ни в коем случае не может быть лишен принадлежащих ему средств существования.

     

  2. Все участвующие в настоящем Пакте государства... должны, в соответствии с положениями Устава Организации Объединенных Наций, поощрять осуществление права на самоопределение и уважать это право».

     

И вновь, как видим, нормы международного права устанавливают корреспондирующую права на самоопределение обязанность поощрения реализации этого права и обязанность его уважения. Тут еще раз подчеркнем, что современное нормативное содержание самоопределения включает в себя как права народов, так и соответствующие им обязанности государств. Приднестровский конфликт наглядно нам демонстрирует грубое нарушение данной международно-правовой обязанности уважения и поощрения права на самоопределение со стороны Республики Молдова, выражающееся как в акте открытой вооруженной агрессии 1992 года, так и в многочисленных актах экономического шантажа и блокады суверенной самоопределившейся Приднестровской Молдавской Республики.

Безусловно, решающим вкладом в дело международно-правовой регламентации принципа самоопределения народов явилось принятие 24 октября 1970 года «Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций». Приведем здесь полностью блок документа, посвященный принципу равноправия и самоопределения народов:

Принцип равноправия и самоопределения народов

В силу принципа равноправия и самоопределения народов, закрепленного в Уставе, все народы имеют право свободно определять без вмешательства извне свой политический статус и осуществлять свое экономическое, социальное и культурное развитие, и каждое государство обязано уважать это право в соответствии с положениями Устава.

Каждое государство обязано содействовать с помощью совместных и самостоятельных действий осуществлению принципа равноправия и самоопределения народов в соответствии с положениями Устава и оказывать помощь Организации Объединенных Наций в выполнении обязанностей, возложенных на нее Уставом в отношении осуществления данного принципа, с тем чтобы:

a) способствовать дружественным отношениям и сотрудничеству между государствами; и

b) незамедлительно положить конец колониализму, проявляя должное уважение к свободно выраженной воле заинтересованных народов, а также имея в виду, что подчинение народов иностранному игу, господству и эксплуатации является нарушением настоящего принципа, равно как и отказом в основных правах человека, и противоречит Уставу Организации Объединенных Наций.

Каждое государство обязано содействовать путем совместных и самостоятельных действий всеобщему уважению и соблюдению прав человека и основных свобод в соответствии с Уставом.

Создание суверенного и независимого государства, свободное присоединение к независимому государству или объединению с ним, или установление любого другого политического статуса, свободно определенного народом, являются способами осуществления этим народом права на самоопределение.

Каждое государство обязано воздерживаться от любых насильственных действий, лишающих народы, о которых говорится выше, в конкретизации настоящего принципа, их права на самоопределение, свободу и независимость. В своих действиях против таких насильственных мер и в сопротивлении им эти народы, добиваясь осуществления своего права на самоопределение, вправе испрашивать и получать под держку в соответствии с целями и принципами Устава Организации Объединенных Наций.

Территория колонии или другая несамоуправляющаяся территория имеет согласно Уставу Организации Объединенных Наций статус, отдельный и отличный от статуса территории государства, управляющего ею; такой отдельный и отличный согласно Уставу статус будет существовать до тех пор, пока народ данной колонии или несамоуправляющейся территории не осуществит свое право на самоопределение в соответствии с Уставом и в особенности с его целями и принципами.

Ничто в приведенных выше абзацах не должно толковаться как санкционирующее или поощряющее любые действия, которые вели бы к расчленению или к частичному или полному нарушению территориальной целостности или политического единства суверенных и независимых государств, действующих с соблюдением принципа равноправия и самоопределения народов, как этот принцип изложен выше; и, вследствие этого, имеющих правительства, представляющие весь народ, принадлежащий к данной территории, без различия расы, вероисповедания или цвета кожи.

Каждое государство должно воздерживаться от любых действий, направленных на частичное или полное нарушение национального единства и территориальной целостности любого другого государства или страны».

По мнению авторов данного документа, чрезвычайно важным представляется отметить тот факт, что в двух обозначенных выше конвенциях ООН 1966 года и «Декларации о принципах международного права» 1970 года говорится о праве на самоопределение всех народов, без ограничения его колониальными народами. Этот же принцип подтверждается решениями Международного Суда по Намибии и Западной Сахаре. Это, безусловно, значительный шаг вперед, но отсюда до реального применения этого декларируемого принципа к неколониальным народам – едва ли не так же далеко, как далеко было от провозглашения правового равенства всех людей при создании США до реального обеспечения прав черных американцев.

Однако четкая нормативно-правовая фиксация возможности «создания суверенного и независимого государства» в качестве «способа реализации» принципа самоопределения народа, равно как и нормативно-правовая фиксация обязанности государств «воздерживаться от любых насильственных действий, лишающих народы их права на самоопределение, свободу и независимость» создали раз и навсегда прочнейший демократический фундамент международно-правовой регламентации принципа равенства и самоопределения народов.

Очередное подтверждение на Европейском континенте данный принцип получает в Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе 1 августа 1975 года. В разделе VIII данного документа вновь утверждается о том, что правом на самоопределение пользуются абсолютно все народы.Приведем полный объем данного текста:

«VIII. Равноправие и право народов распоряжаться своей судьбой

Государства-участники будут уважать равноправие и право народов распоряжаться своей судьбой, действуя постоянно в соответствии с целями и принципами Устава ООН и соответствующими нормами международного права, включая те, которые относятся к территориальной целостности государств.

Исходя из принципа равноправия и права народов распоряжаться своей судьбой, все народы всегда имеют право в условиях полной свободы определять, когда и как они желают, свой внутренний и внешний политический статус без вмешательства извне и осуществлять по своему усмотрению свое политическое, экономическое, социальное и культурное развитие.

Государства-участники подтверждают всеобщее значение уважения и эффективного осуществления равноправия и права народов распоряжаться своей судьбой для развития дружественных отношений между ними, как и между всеми государствами; они напоминают также о важности исключения любой формы нарушения этого принципа».

Как видим, данный фундаментальный европейский документ вместо традиционной категории «самоопределение» впервые активно вводит в международно-правовой оборот ее фактическую расшифровку --«право народов распоряжаться свой судьбой».

Последним хронологически международно-правовым документом, фиксирующим принцип самоопределения и равенства народов, является Декларация о праве и обязанности отдельных лиц, групп и органов общества поощрять и защищать общепризнанные права человека и основные свободы, принятая Резолюцией 53/144 Генеральной Ассамблеи ООН от 9 декабря 1998 года. Декларация фиксирует, что массовые, грубые и систематические нарушения прав и свобод человека являются «результатом отказа признать право народов на самоопределение и право каждого народа на осуществление полного суверенитета над своими богатствами и природными ресурсами».

Авторы данного документа, как уже говорилось выше, настаивают на взаимозависимости и взаимообусловленности международно-правовых принципов. Не эквилибристика принципами, а их гармонизация; не перетягивание канатов между ними, а их тотальная универсальность и общеобязательность!

Очевидно, что без строгого уважения и соблюдения принципа самоопределения народов невозможно выполнить многие жизненно важные задачи, стоящие перед ООН, например, задачу реализации другого принципа международного права

– содействие всеобщему уважению и соблюдению прав человека и основных свобод для всех, без различия расы, пола, языка и религии. Без строгого соблюдения принципа самоопределения невозможно также поддержание уже упоминавшегося принципа мирного сосуществования между государствами. В связи с этим, еще раз обратим внимание, что каждое государство в соответствии с выше упоминавшейся Декларацией 1970 года обязано воздерживаться от любых насильственных действий, которые могли бы помешать народам осуществлять их право на самоопределение.

Не только на примере приднестровского народа, но и на десятках других примеров, мы наглядно видим подтверждение того, непреложного с точки зрения международного права, тезиса, что если народ создает орган, который его официально представляет и выполняет публично-правовые функции, то всякие насильственные действия, препятствующие извне процессу самоопределения, могут и должны рассматриваться как нарушающие принципы невмешательства и суверенного равенства государств.

Еще в 1989 году в условиях начавшегося процесса дезинтеграции и распада Советского Союза, приднестровский народ начал формировать свои собственные представительные органы, возглавившие народное движение к самоопределению. Так, летом 1989 года был создан Объединенный Совет Трудовых Коллективов (ОСТК), объединивший подавляющее большинство трудовых коллективов Приднестровского региона. 2 июня 1990 года в селе Парканы прошел I съезд депутатов Приднестровья всех уровней, взявший курс на построение собственного демократического суверенного государства. II чрезвычайный съезд депутатов всех уровней Приднестровья 2 сентября 1990 года провозгласил образование Приднестровского государства. Демократически избранный Верховный Совет (парламент) Приднестровья стал ведущим органом народного представительства, консолидировавший приднестровский народ, в качестве полноценного субъекта своего самоопределения и формирования суверенной государственности.

Очевидно также, что право народов и наций на самоопределение теснейшим образом связано со свободой их политического выбора. Самоопределение означает право народов выбирать такой путь развития и такой политический выбор, которые в наибольшей степени соответствуют их историческим, географическим, культурным, религиозным и т.п. традициям и представлениям. Самоопределившиеся народы свободно выбирают не только свой внутриполитический статус, но и свою внешнеполитическую ориентацию. Уважение свободы политического выбора, безусловно, должно становиться фундаментом сотрудничества, а не соперничества и противоборства. Приднестровский народ динамично формирует свою внешнеполитическую ориентацию.И если ранее данная ориентация была одновекторной, то есть ориентацией исключительно на Восток, исходя из традиционно сильных экономических и культурных связей Приднестровья с Российской Федерацией и Украиной, то в последнее время суверенная приднестровская государственность все отчетливее поворачивает свой внешнеполитический курс в сторону Запада, то есть в сторону интеграции с европейским сообществом, в сторону вхождения Приднестровья в единый демократический европейский дом.

Как известно, борющиеся за свое самоопределение народы и нации также являются первичными субъектами международного права, как и государства. Но, тут следует указать, что правосубъектность борющихся за свое самоопределение народов или наций, имеет специфику, отличающую такую международную правосубъектность от международной правосубъектности государств. Любой народ, в том числе и приднестровский, в процессе борьбы за создание независимого государства способен участвовать в международных отношениях лишь по «вопросам, касающимся реализации права на самоопределение».

Правосубъектность борющегося народа или нации включает в себя комплекс следующих основных прав:

  1. право на самостоятельное волеизъявление;

     

  2. право на международно-правовую защиту и помощь со стороны других субъектов международного права;

     

  3. право на участие в международных организациях и конференциях;

     

  4. право участвовать в создании норм международного права и самостоятельно выполнять принятые на себя международные обязательства.

     

Итак, в связи с этим, самоопределяющийся народ имеет право заключать с государствами, международными организациями, с другими реализующими свой национальный суверенитет народами международные договоры, присоединяться к многосторонним международным соглашениям.

Правомерно ли международное и европейское сообщество грубо проигнорировало и продолжает игнорировать международную правосубъектность приднестровского народа? С точки зрения базовых принципов международного права, данное игнорирование, очевидно, неправомерно и подлежит в самом скором времени своей трансформации.

Народы, борющиеся за создание своего собственного независимого государства, объективно, как нами было показано выше, находятся под защитой международного права; они объективно могут применять меры принуждения в отношении тех сил, которые препятствуют обретению народом полной международной правосубъектности и оформлению в государство. События, связанные с отражением военной агрессии Республики Молдова против самоопределяющегося Приднестровья в 1992 году, как раз нам наглядно продемонстрировали решительность и принципиальность приднестровского народа в деле защиты своего права на самоопределение. Но применение принуждения — не единственное и, в принципе, не главное проявление международной правосубъектности борющихся народов и наций. Субъектом международного права может быть признан только тот народ или нация, которые имеют свою политическую организацию, самостоятельно осуществляющую квазигосударственные функции. Иначе говоря, они должны иметь определенную догосударственную форму своей организации.

В Приднестровье догосударственные формы народной самоорганизации получили свое развитие в чрезвычайно разнообразных и интересных формах. По мнению авторов данного документа, приднестровцы на протяжении первой фазы борьбы за свое самоопределение показали целый ряд самобытных и ярких форм прямой непосредственной инициативной демократии. Чрезвычайно важную роль на протяжении 1989-1992 годов играли такие структуры народной самоорганизации, как сходы жителей сел Приднестровского региона. В инициативном демократическом порядке на этих сходах избирались Председатели сельских Советов и принимались основополагающие политические решения, определяющие будущее данных сел в составе суверенной Приднестровской республики. Уже упоминавшийся выше Объединенный Совет Трудовых Коллективов (ОСТК) продемонстрировал яркие примеры рабочего самоуправления, которое сыграло очень важную роль в деле самоопределения народа данного промышленного региона. Приднестровские рабочие впервые на территории распадавшегося Советского Союза наглядно показали, что готовы выйти из многолетней тоталитарной спячки и решительно взять судьбу своего самоопределяющегося народа в собственные руки. Съезды депутатов Приднестровского региона всех уровней также являются феноменальными формами политико-правового представительства самоопределяющегося народа. Данные форумы занимают свое специфическое место в системе догосударственного управления Приднестровским регионом, находясь между парламентской формой демократии и формой прямой непосредственной демократии.

Ниже мы еще будем говорить о международно-договорной правосубъектности приднестровского народа, а пока отметим наш ключевой тезис этого блока документа – правосубъектность борющихся народов; как и правосубъектность государств, носит объективный характер, т.е. существует независимо от чьей-либо дружественной или недружественной воли. Отсюда и суверенитет борющегося народа характеризуется тем, что он не зависит от признания его субъектом международного права со стороны других государств; права борющегося народа охраняются международным правом; народ от своего имени вправе применять принудительные меры против нарушителей его суверенитета.

По мнению авторов данного документа, фиксация сразу двух первичных носителей международной правосубъектности – приднестровского народа, как борющегося за свое самоопределение народа, и Приднестровского государства, как государства, явившегося результатом народного самоопределения, позволяет вывести проблематику ПМР на прочный фундамент норм международного права. Именно данный фундамент рассматривается нами как необходимое условие обретения полной международной правосубъектности молодой Приднестровской республикой.