Ноя 16
Пятница
logo Информационное агентство "Ольвия-пресс"

Приднестровская Молдавская Республика
В ПРБ констатируют относительную стабилизацию цен на внутреннем рынке » Об этом проинформирован Президент ПМР. Взимание оффшорного сбора будут совместно контролировать ПРБ и ГТК » Вступил в силу совместный приказ Приднестровского республиканского банка, Государственного таможенно... Прокуратура Слободзеи выявила нарушения земельного законодательства при предоставлении участков в до... » Прокуратура города Слободзея и Слободзейского района выявила нарушения в работе местной госадминистр... Илья Галинский: Первые 100 дней президентства Евгения Шевчука: законность и сопричастность » Политические эксперты, обычно характеризуют первые 100 дней президентства, как крайне важную знакову... Дубоссарский район награждён Орденом Республики » Город Дубоссары, как и приднестровская столица, накануне отметил 68-ю годовщину со дня освобождения ... Минобразования России выделило 169 бюджетных мест в российских вузах для поступления приднестровцев » Министерство образования и науки Российской Федерации выделило 169 бюджетных мест для поступления пр... Председатель Правительства встретился с представителем немецкого парламента » Петр Степанов провел официальную встречу с Советником Бундестага Германии по внешней политике Мартин... Пасхальное послание Преосвященнейшего Саввы, Епископа Тираспольского и Дубоссарского » …Христос за всех умер, чтобы живущие уже не для себя жили, но для умершего за них и воскр... Приднестровская сторона в ОКК заявляет о недопустимости провокаций в Зоне Безопасности » Как сообщил информационному агентству «Ольвия-пресс» сопредседатель Объединённой контрол... Пост первого заместителя Председателя Правительства ПМР заняла Наталья Русанова » Президент Приднестровья назначил первого заместителя Председателя Правительства. Эту должность по пр...

Аналитика

05.03.2012
В истекшем году на внутреннем рынке Приднестровья наблюдалось устойчивое и скорое...
01.03.2012
Приднестровье отказалось сесть с Молдовой за один поминальный стол Вчера в Дублине...
06.02.2012
Ухудшающаяся обстановка в Зоне безопасности грозила поставить под вопрос успех многолетних...
18.01.2012
Невесело начался новый — 2012-ый — год в Республике Молдова. Мало...
27.12.2011
Странные парадоксы Молдовы. Они вполне соответствующие выражению шиворот-навыворот. В Приднестровском регионе...
06.12.2011
Что-то неладное творится в рядах «Обновления». Анатолий Каминский поведал на недавней...
02.12.2011
«Приднестровье готово участвовать в обеспечении военно-технических мер в ответ на развертывание...
29.11.2011
Итак, по предварительным данным в Южной Осетии большинство голосов набрала «протестный...
24.11.2011
Визит главы МИД РФ Сергея Лаврова в Бессарабию и сделанные им...
24.11.2011
В последнее время приднестровцы стали отмечать, что в некоторых зарубежных средствах...
16.11.2011
Грязные PR-технологии, прошедшие обкатку в некоторых государствах СНГ на волне предвыборных...
12.11.2011
Как такового «плана Медведева» относительно будущего Приднестровской Молдавской Республики нет. Есть...
09.11.2011
В Государственном таможенном комитете Приднестровской Молдавской Республики 4 ноября прошла предварительная...
04.11.2011
Подлый же Фагот, и он же Коровьев, прокричал: - Вот, почтенные...

Архив


В виде ленты
В виде списка
<Января 2010>
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
262728293031
Глава 5
25.01.2010 11:09

 

Глава 5

Принцип всеобщего уважения прав человека

и аспекты международного гуманитарного права:

контекст Приднестровского урегулирования

По мнению авторов данного документа, наиболее четкую формулировку гармоничного сочетания рассмотренного нами выше принципа неотъемлемого права народов на самоопределение и принципа прав человека дает нам уже упоминавшаяся выше «Венская декларация и Программа действий», принятые на Всемирной конференции по правам человека 25 июня 1993 года в Вене. Пункт 2 Раздела 1 устанавливает: «всемирная конференция по правам человека признает право народов предпринимать любые законные действия в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций для осуществления своего неотъемлемого права на самоопределение. Всемирная конференция по правам человека считает отказ в праве на самоопределение нарушением прав человека и подчеркивает важность эффективного осуществления этого права». Данная формулировка, безусловно, значительно развивает ключевой тезис по данному вопросу Резолюции 637 (VII) «Право народов и наций на самоопределение» Генеральной Ассамблеи ООН от 16 декабря 1952 года: «право народов и наций на самоопределение является предпосылкой для пользования всеми основными правами человека».

Разумеется, что самоопределение любого народа, в том числе и приднестровского народа – не самоцель, а лишь средство согласования интересов различных народов и защиты прав человека, личности. Не человек для народа, а народ для человека– именно такой подход диктует нам современное международное право, основанное на подлинно гуманистическом мышлении. Международный опыт свидетельствуют: если во внимание принимаются только интересы нации, права личности зачастую попираются, страдают люди, десятки, сотни тысяч лишаются родины, крова, близких, а то и самой жизни. Именно поэтому проблематика неразрывной связи прав народов и прав человека сейчас чрезвычайно актуализирована в международном праве, и, в первую очередь, в международном гуманитарном праве.

В международном сообществе уже довольно давно осознавалась необходимость формирования правовой системы защиты прав человека. Согласно традиционным принципам уже упоминаемой выше вестфальской системы, гражданские права долгое время являлись сугубо внутренним делом государств. Однако, начиная с запрета пиратства в XVIII веке и работорговли в XIX веке, этот принцип стал постепенно трансформироваться. Венский конгресс 1815 года был, пожалуй, первым в новое время обращением международных элит к проблеме гражданских прав. На конгрессе обсуждались вопросы религиозной свободы, гражданских и политических прав и отмены рабства. За ним последовал ряд договоров по отмене рабства. К примерам относятся Берлинская конференция по Африке 1885 года, Брюссельская конференция 1890 года, Женевская конференция 1926 года. Уже Гаагские мирные конференции 1899 и 1907 годов ввели принцип права индивидов обращаться в апелляционный суд.

Но в качестве одного из основных принципов международного права – Принцип уважения прав человека – утвердился только в 1945 году с принятием Устава ООН. В Уставе ООН формально он не назван среди принципов международного права. Однако считается, что, поскольку в пункте 3 Статьи 1 Устава указывается, что одной из целей ООН является осуществление международного сотрудничества «в поощрении уважения к правам человека и основным свободам для всех, без различия расы, пола, языка и религии», то Устав ООН косвенно закрепил этот принцип. Это подтверждается Статьей 55 Устава ООН, где говорится о том, что ООН содействует «всеобщему уважению и соблюдению прав человека и основных свобод для всех, без различия расы, пола, языка и религии». Свое дальнейшее развитие данный принцип

получил в международно-правовых документах, развивающих гражданские стандарты, таких как: «Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказания за него» от 9 декабря 1948 года (принята Резолюцией ООН 260 А (III)), «Всеобщая декларация прав человека» (принята и провозглашена резолюцией 217 А (III) Генеральной Ассамблеи от 10 декабря 1948 года), уже указанные выше «Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах» и «Международный пакт о гражданских и политических правах» (приняты резолюцией 2200 А

(XXI) Генеральной Ассамблеи от 16 декабря 1966 года), а также во многих других международно-правовых документах, формирующих конструкцию современного международного гуманитарного права.

Авторы данного документа вынуждены констатировать, что, к огромному сожалению и, вопреки здравому смыслу, противники приднестровского самоопределения предпринимают недобросовестные попытки противопоставить проблематику самоопределения приднестровского народа проблематике защиты прав человека и гражданских стандартов, а кровавую вооруженную агрессию Республики Молдова против Приднестровской Молдавской Республики 1992 года выдать чуть ли не за гуманитарную интервенцию. Разумеется, каких-либо правовых оснований для данных безосновательных утверждений нет. Международно-правововая проблематика гармоничного сочетания принципа защиты универсальных прав человека и неотъемлемого права народов на самоопределение решительно опровергает данные посылки.

Для этого рассмотрим сложившуюся в международном праве традиционную классификацию прав человека. Согласно принятой в международных документах классификации, права человека подразделяются на гражданские, политические, экономические и социальные, культурные. Приблизительно с конца 70-х годов ХХ века в международной практике получила распространение так называемая концепция «трех поколений» прав человека.

Такой хронологический подход мотивируется тем, что вначале под правами человека имели ввиду только гражданские и политические права, которые составляют так называемое «первое поколение» прав человека. Это была концепция, идея, порожденная Великой Французской революцией. Далее, в понятие прав человека стали включаться социально-экономические и культурные права, начиная с «Всеобщей декларации прав человека». Именно этот блок и составил так называемое «второе поколение» прав человека. И, наконец, предполагается рассматривать в качестве важного вклада развивающихся стран в дело развития международно-правовой регламентации прав человека такие важные юридические конструкции как право на мир, право на разоружение, право на самоопределение, право на развитие, право на здоровую окружающую среду и т.п. Именно права данного блока и составили так называемое «третье поколение» прав человека или «права солидарности», связанных с коллективной правосубъектностью.

Тут следует указать, что права первого и второго поколения существенно отличаются по своей природе. В правах первого поколения речь идет о защите индивидуальной свободы: слова, совести, религии и т.д.

Иная природа у социальных прав. Для их осуществления недостаточно воздерживаться от вмешательства в данную сферу. Только постоянная солидарная деятельность государства способна гарантировать провозглашенные социально-экономические и культурные права. А права человека «третьего поколения» вообще выводят данную проблематику на уровень сложного диалектического единства, взятого в противоречии – «индивида» и «коллектива».

Выше рассмотренное нами неотъемлемое право народа на самоопределение является правом коллективного субъекта – народа. Тут важно и необходимо проанализировать соотношение коллективных и индивидуальных прав.

  • Индивидуальное право – это естественное право человека, присущее ему от рождения.

     

  • Коллективные права (права народа, нации, общности, ассоциации) тут не являются «естественными», то есть их нельзя рассматривать как сумму индивидуальных прав.

     

Очевидно, нельзя отделять права человека от прав народов. Права народов (коллективные права), таким образом, также могут и должны рассматриваться как разновидность прав человека. Что касается мифа, будто коллективные права якобы ослабляют права человека, то ни один международно-правовой документ не является изолированным или одиночным явлением. Любой документ, касающийся коллективных или индивидуальных прав, должен рассматриваться как часть уже существующей международной системы правовых стандартов по правам человека.

Если мы наблюдаем картину, где реализация коллективных прав ведет к ущемлению прав одной личности, значит цели, объединения такой общности – антигуманны и противоправны. Но также верна и обратная диалектика – если знамя борьбы за права отдельного человека используется для отказа в реализации тех или иных неотъемлемых коллективных прав, то мы имеем дело лишь с хорошо скрываемой формой репрессии против все тех же прав человека.

Безусловно, что постановка вопроса о «третьем поколении» прав человека, то есть о возможности их «коллективной формы», чрезвычайно важна и актуальна. И дискуссии, разворачивающиеся вокруг этой проблематики, равно как и принятие международных документов, включающих в себя эти права или раскрывающих содержание некоторых из них, например, в «Декларации о праве на развитие» от 4 декабря 1986 года, свидетельствуют о том, что перечень прав человека не представляет собой что-то застывшее и может быть продолжен.

Итак, на основании вышеизложенного, по мнению авторов данного документа, реализация народом Приднестровья своего суверенного права на самоопределение является ничем иным как одновременной реализацией и принципа всеобщего уважения и защиты прав человека.

Однако тут нам необходимо самым тщательным образом выяснить ситуацию с соблюдением (в рамках обозначенной нами выше правовой диалектики) прав человека и унифицированных гражданских стандартов внутри самого государства, возникшего на карте Европы в результате народного самоопределения – Приднестровской Молдавской Республики. Ведь, исходя их современного понимания принципа уважения к правам человека, молодому самоопределившемуся государству невозможно достичь никакой полной международной правосубъектности, не имплементируя в свое внутреннее законодательство базовых международных стандартов гражданских прав.

Авторы данного документа считают необходимым выделить следующие ключевые уровни и элементы имплементации базовых международно-правовых стандартов прав человека во внутреннее законодательство Приднестровской Молдавской Республики.

1. Конституционный уровень гарантированности прав и свобод человека в ПМР

Конституция Приднестровской Молдавской Республики, принятая на всенародном референдуме 24 декабря 1995 года, в своем Разделе 2 «Права, свободы, обязанности и гарантии человека и гражданина» устанавливает объем прав и свобод граждан Приднестровья. С точки зрения проблематики международного регулирования прав и свобод человека ключевой является Статья 45: «Государство обеспечивает права и свободы граждан, закрепленные в Конституции. Перечисление в Конституции прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека». Таким образом, зафиксирована концепция не ограничительного и окончательного списка прав и свобод, а концепция связанная, с возможностью его расширения и корректировки, исходя их имплементации новых норм международного права в текущее законодательство ПМР. Это, безусловно, важная и прогрессивная фиксация.

Также следует обратить внимание на следующие конституционные тезисы защиты прав и свобод граждан ПМР, имеющие выходы на те или иные документы международно-правового порядка:

Статья 16 Конституции ПМР: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью общества и государства. Защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения». Очевиден контекст, желание и намерение соблюдения базовых тезисов Преамбулы «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года.

Статья 17 Конституции ПМР: «Все имеют одинаковые права и свободы и равны перед законом без различия пола, расы, национальности, языка, религии, социального происхождения, убеждений, личного и общественного положения». Отражение базового принципа Статьи 2 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года.

Статья 19 Конституции ПМР: «Каждый имеет право на жизнь. Государство защищает право на жизнь человека от любых противоправных посягательств. Смертная казнь до ее отмены может применяться в соответствии с законом как исключительная мера наказания за тяжкие преступления против жизни и только по приговору суда». Имплементация Статьи 3 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года, Статьи 6 «Международного пакта о гражданских и политических правах» 1966 года и Статьи 2 «Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод» 1950 года.

Статья 20 Конституции ПМР: «Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть подвергнут аресту или содержанию под стражей иначе как на основании закона. Лицо, заключенное под стражу, имеет право на судебную проверку законности его задержания или ареста».

Имплементация Статьи 3 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года и Статьи 9 «Международного пакта о гражданских и политических правах» 1966 года.

Статья 21 Конституции ПМР: «Никто не должен подвергаться пыткам, жестокому, бесчеловечному либо унижающему его достоинство обращению и наказанию, а также без его согласия подвергаться медицинским и другим опытам». Тут мы видим четкое следование в Конституции ПМР духу и букве международной «Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания» 1984 года, а такжеСтатьи 5 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года, Статьи 7 «Международного пакта о гражданских и политических правах» 1966 года и Статьи 3 «Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод» 1950 года.

Статья 22 Конституции ПМР: «Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность». Имплементация Статьи 11 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года и Статьи 14 «Международного пакта о гражданских и политических правах» 1966 года.

Статья 24 Конституции ПМР: «Каждый имеет право на защиту доброго имени, защиту от посягательств на его честь и достоинство, вмешательства в его частную жизнь, на личную и семейную тайну, на неприкосновенность жилища. Никто не вправе войти в жилище, производить обыск или осмотр, нарушать тайну переписки и телефонных переговоров иначе как в случае и порядке, предусмотренном законом». Имплементация Статьи 12 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года, Статьи 17 «Международного пакта о гражданских и политических правах» 1966 года, Статьи 5 «Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод» 1950 года и Статьи 8

«Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод» 1950 года.

Статья 25 Конституции ПМР: «Граждане Приднестровской Молдавской Республики имеют право свободно передвигаться и выбирать место жительства в пределах республики, покидать ее и беспрепятственно возвращаться обратно». Имплементация Статьи 13 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года, Статьи 12 «Международного пакта о гражданских и политических правах» 1966 года и Статьи 2 Страсбургского Протокола N 4 (1963 год) к «Конвенции о защите прав человека и основных свобод» 1950 года.

Статья 26 Конституции ПМР: «Материнство и детство, семья находятся под защитой государства. Забота о детях, их воспитание – равное право и обязанность родителей. Трудоспособные дети, достигшие 18 лет, обязаны заботиться о нетрудоспособных родителях». Имплементация пункта 2 Статьи 25 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года и Статьи 10 «Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года.

Статья 27 Конституции ПМР: «Каждый имеет право на свободу мысли, слова и убеждений. Каждый имеет право любым законным способом искать, получать и распространять любую информацию…». Статья 29 Конституции ПМР: «Гражданам Приднестровской Молдавской Республики гарантируется право на получение, хранение и распространение полной, достоверной и своевременной информации о деятельности государственных органов, общественных объединений, о политической, экономической и международной жизни, состоянии окружающей среды…». Имплементация Статьи 19 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года, Статьи 19 «Международного пакта о гражданских и политических правах» 1966 года и Статьи 9, 10 «Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод» 1950 года.

Статья 28 Конституции ПМР: «Средства массовой информации не подвергаются цензуре». Хотя данная статья и не является непосредственно имплементированной с международно-правового документа, однако она является чрезвычайно показательной в контексте общедемократического вектора Конституции ПМР.

Статья 30 Конституции ПМР: «Свобода совести гарантируется для всех. Каждый имеет право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой. Недопустимо принудительное насаждение религиозных взглядов». Имплементация Статьи 18 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года и Статьи 18 «Международного пакта о гражданских и политических правах» 1966 года.

Статья 31 Конституции ПМР: «Граждане Приднестровской Молдавской Республики имеют право участвовать в управлении делами общества и государства как непосредственно, так и через своих представителей. Такое участие осуществляется посредством местного самоуправления, проведения референдумов и демократического формирования государственных органов. Граждане Приднестровской Молдавской Республики могут свободно избирать и быть избранными в государственные органы на основе всеобщего, равного, прямого избирательного права при тайном голосовании». Имплементация Статьи 21 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года, Статьи 25 «Международного пакта о гражданских и политических правах» 1966 года и Статьи 8 «Декларации о праве и обязанности отдельных лиц, групп и органов общества поощрять и защищать общепризнанные права человека и основные свободы» 1998 года.

Статья 32 Конституции ПМР: «Свобода собраний, митингов, уличных шествий, демонстраций и пикетирования, не нарушающих правопорядок и права других граждан Приднестровской Молдавской Республики, гарантируется государством. Порядок проведения указанных мероприятий определяется законом». Имплементация пункта 1 Статьи 20 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года, Статьи 21 «Международного пакта

о гражданских и политических правах» 1966 года, пункта «а» Статьи 5 «Декларации о праве и обязанности отдельных лиц, групп и органов общества поощрять и защищать общепризнанные права человека и основные свободы» 1998 года и Статьи 11 «Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод» 1950 года.

Статья 33 Конституции ПМР: «Граждане Приднестровской Молдавской Республики имеют право объединяться в профессиональные союзы, политические партии и другие объединения, участвовать в массовых движениях, не запрещенных законом». Имплементация Статьи 20, пункта 4 Статьи 23 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года, Статьи 8 «Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года, Статьи 22 «Международного пакта о гражданских и политических правах» 1966 года, пункта b Статьи 5 «Декларации о праве и обязанности отдельных лиц, групп и органов общества поощрять и защищать общепризнанные права человека и основные свободы» 1998 года, Конвенции Международной Организации Труда (МОТ) №87 «О свободе ассоциации и защите права на организацию» 1948 года.

Статья 35 Конституции ПМР: «Труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Принудительный труд запрещен. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы. Признается право на индивидуальные и коллективные трудовые споры с использованием установленных законом способов их разрешения, включая право на забастовку. Каждый имеет право на отдых. Работающему по трудовому договору гарантируются установленные законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск». Имплементация

Статей 23, 24 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года, Статей 6, 7, 8 «Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года, пункта 3 Статьи 8 «Международного пакта о гражданских и политических правах» 1966 года, пункта b Статьи 5 «Декларации о праве и обязанности отдельных лиц, групп и органов общества поощрять и защищать общепризнанные права человека и основные свободы» 1998 года, Конвенций №№29, 87, 98, 100, 105, 111 Международной Организации Труда (МОТ), Статьи 4 «Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод» 1950 года.

Статья 37 Конституции ПМР: «Государство гарантирует каждому право собственности. Собственник по своему усмотрению владеет, пользуется и распоряжается принадлежащим ему имуществом. Никто не может быть лишен своего имущества, иначе как по решению суда. Осуществление права собственности не должно наносить вреда окружающей среде, историко-культурным ценностям, ущемлять права и защищаемые законом интересы других лиц, либо государства. Право наследования гарантируется». Имплементация Статьи 17 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года и Статьи 1 Парижского Протокола N 1 (1952 год) к «Конвенции о защите прав человека и основных свобод» 1950 года.

Статья 38 Конституции ПМР: «Каждый имеет право на социальное обеспечение в старости, в случае утраты трудоспособности, а также утраты кормильца и в других предусмотренных законом случаях. Пенсии, пособия и другие виды социальной помощи не могут быть ниже официально установленного государством уровня». Имплементация пункта 1 Статьи 25 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года и Конвенции Международной Организации Труда (МОТ) №128 «О пособиях по инвалидности, по старости и по случаю потери кормильца» 1967 года.

Статья 39 Конституции ПМР: «Гражданам Приднестровской Молдавской Республики гарантируется право на охра

ну здоровья, включая бесплатное медицинское обслуживание и лечение в государственных учреждениях здравоохранения». Имплементация пункта 1 Статьи 25 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года и Статьи 12 «Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года.

Статья 41 Конституции ПМР: «Каждый имеет право на образование. Гражданам гарантируется получение бесплатного среднего общего и среднего профессионального образования в государственных образовательных учреждениях. Каждый вправе на конкурсной основе в соответствии со своими способностями бесплатно получить высшее образование в государственных образовательных учреждениях. Основное общее образование обязательно. Приднестровская Молдавская Республика устанавливает государственные образовательные стандарты, поддерживает различные формы образования и самообразования». Имплементация Статьи 26 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года, Статьи 13 «Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года и Статьи 2 Парижского Протокола N 1 (1952 год) к «Конвенции о защите прав человека и основных свобод» 1950 года.

Статья 42 Конституции ПМР: «Каждый гражданин Приднестровской Молдавской Республики имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища. Органы государственной власти поощряют жилищное строительство, создают условия для осуществления права на жилище. Малоимущим, иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно, или за доступную плату из государственных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами». Имплементация Пункта 1 Статьи 25 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года и пункта 1 Статьи 11 «Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года.

Статья 44 Конституции ПМР: «Граждане Приднестровской Молдавской Республики имеют право на свободу художественного, научного и технического творчества. Интеллектуальная собственность охраняется законом. Государство заботится о культурном, научном и техническом развитии общества». Имплементация Статьи 27 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года и Статьи 15 «Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года.

Статья 46 Конституции ПМР: «Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод, право обжалования в суд незаконных решений и действий государственных органов, должностных лиц, общественных объединений». Имплементация Статей 8, 9, 11 «Всеобщей декларации прав человека» 1948 года и пункта 3 Статьи 2, Статей 9, 14 «Международного пакта о гражданских и политических правах» 1966 года и Статьи 6, 7, 13 «Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод» 1950 года.

Авторы данного документа констатируют, что законодатель Приднестровской Молдавской Республики провел очень серьезную и значительную работу по имплементации международно-правовых норм в области защиты прав человека в свое внутреннее конституционное законодательство. Непосредственная регламентация и защита прав и свобод человека по-прежнему остаются внутренним делом каждого государства. Международные нормы в области прав человека в подавляющем большинстве не могут применяться непосредственно на территории государства и требуют от него определенных конкретных шагов по своей имплементации, что мы и видим на примере Приднестровья. Как правило, сами международные документы не определяют, каким образом то или иное государство будет выполнять принятые на себя обязательства. Вместе с тем стандарты поведения, содержащиеся в международных документах, в значительной мере связывают свободу поведения государств в такой сфере национального законодательства как законодательство о правах человека. Данные добровольные конституционные обязательства Приднестровья выглядят чрезвычайно весомыми в контексте стремления молодого государства получить полный объем своей международной правосубъектности.

2. Институционные механизмы гарантированности прав и свобод человека в ПМР

Среди институционных механизмов гарантированности прав и свобод человека в ПМР следует выделить такие специализированные органы как: 1) Конституционный суд ПМР, 2) суды ПМР, 3) Прокуратура ПМР и 4) Уполномоченный по правам человека в ПМР.

  1. Закон о Конституционном суде Приднестровской Молдавской Республики был принят Верховным Советом ПМР 30 октября 2002 года. Среди полномочий Конституционного суда как органа конституционного контроля и гаранта верховенства Конституции ПМР есть полномочия, непосредственно связанные с защитой конституционных прав и свобод человека. Так, например, Статья 102 данного Закона «Право на обращение в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики» устанавливает, что «правом на обращение в Конституционный суд Приднестровской Молдавской Республики с индивидуальной или коллективной жалобой на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина обладают граждане, чьи права и свободы нарушаются законом, нормативным актом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле, и объединения граждан, а также иные органы и лица».

     

  2. Конституционный закон «О судебной системе в Приднестровской Молдавской Республике» от 22 июня 2005 года в пункте «в» Статьи 3 фиксирует, что судебная система ПМР основывается на применении всеми судами «общепризнанных принципов и норма международного права, а также международных договоров Приднестровской Молдавской Республики». А Статья 4 данного Закона «Задачи судов» прямо

     

устанавливает, что «суды при осуществлении правосудия призваны защищать от противоправных посягательств гарантированные Конституцией Приднестровской Молдавской Республики и законодательными актами Приднестровской Молдавской Республики права, свободы и законные интересы человека и гражданина, общественных объединений, конституционный строй Приднестровской Молдавской Республики, государственные и общественные интересы, права юридических лиц независимо от форм собственности».

3. Конституционный закон «О Прокуратуре Приднестровской Молдавской Республики» от 12 июля 2006 года среди других полномочий Прокуратуры как системы органов, осуществляющих надзор за точным и единообразным исполнением Конституции и законов ПМР на территории государства, в пункте 2 «Б» Статьи 3 «Задачи прокурорской деятельности» фиксирует, что «смыслом прокурорской деятельности является защита от неправомерных посягательств на… гарантированные Конституцией, другими законодательными актами Приднестровской Молдавской Республики, международными договорами Приднестровской Молдавской Республики социально-экономические, политические, личные права и свободы человека и гражданина».

4. Институт Уполномоченного по правам человека (омбудсмена) был учрежден Конституционным законом «Об уполномоченном по правам человека в Приднестровской Молдавской Республике» от 28 сентября 2005 года в соответствии с Конституцией ПМР в целях обеспечения гарантий государственной защиты прав и свобод человека и гражданина, их соблюдения и уважения всеми органами власти и их должностными лицами. В текущей ситуации модернизации и дальнейшей демократизации конституционно-правового регулирования государственности ПМР данный институт становится ключевым институтом в деле защиты прав человека и имплементации международно-правовых стандартов в этой сфере. Принципиальную ориентированность на международно-правовые стандарты мы видим уже в Статье 1 вышеуказанного Закона, где указывается, что Уполномоченный по правам человека, помимо Конституции ПМР, руководствуется

«общепризнанными принципами и нормами международного права», а пункты «Г» и «Д» Статьи 2 среди целей государственного контроля за соблюдением конституционных прав и свобод человека и гражданина указывают на «содействие приведению законодательства Приднестровской Молдавской Республики о правах и свободах человека и гражданина в соответствие с Конституцией Приднестровской Молдавской Республики, международными стандартами в этой области» и «улучшение и дальнейшее развитие международного сотрудничества в области защиты прав и свобод человека и гражданина».

В то же время, по мнению авторов данного документа, является важным и тот факт, что Приднестровье абсолютно открыто для любого международного мониторинга в области соблюдения гражданских прав и стандартов прав человека. Так, например, с 15 по 17 марта 2006 года в Приднестровье был проведен международный мониторинг Европейского комитета по предупреждению пыток (ЕКПП) и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания в рамках Статьи 7 «Европейской конвенции о предупреждении пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания». В заключительном докладе делегации подчеркивалось, что все встречи с уполномоченными в ПМР курировать пенитенциарную систему прошли в открытой и позитивной атмосфере, а само сотрудничество с делегацией ЕКПП было осуществлено «в полной мере». Кроме того, в отчете указывается о«динамике в улучшении условия содержания заключенных» и предлагается местным органам власти сохранять данную динамику, придерживаясь в этих целях Рекомендаций 2 (2006) Комитета Министров Совета Европы о Европейских тюремных правилах.

Итак, по нашему мнению, достаточное количество данных свидетельствует о самом серьезном отношении молодого суверенного Приднестровского государства к имплементации международно-правовых норм в сфере защиты прав человека, что, в свою очередь, является самой серьезной заявкой на получение полной международной правосубъектности.

Возвращаясь к проблематике взаимосвязи прав человека и прав общностей, еще раз подчеркнем, что права и свободы отдельного человека теснейшим образом связаны с правами и свободами социальных, национальных и иных общностей. Только через расцвет свобод коллектива, общности возможно обеспечение прав и свобод индивида. Вместе с тем, еще раз утверждаем, что не следует изолировать коллективные права от индивидуальных. В процессе реализации коллективных прав отдельное лицо, входящее в состав того или иного народа, используя свои гражданские и политические права и свободы (право участвовать в выборах, свободу слова, печати, собраний и т.п.), выражает свое отношение к тому или иному вопросу. Мнение большинства, выраженное таким образом, и составляет, в конечном счете, волю всего народа. Следовательно, коллективными правами может пользоваться как весь народ, вся нация, так и отдельные лица, их образующие.

В то же время коллективные права имеют свою специфику. Коллективные права (право народа, право нации, право общности, ассоциации), в отличие от индивидуальных, не являются естественными правами, поскольку формируются и кристаллизуются по мере становления интересов той или иной общности или коллектива. Их нельзя рассматривать как сумму индивидуальных прав лиц, входящих в ту или иную общность или коллектив. Они имеют качественно иные свойства, определенные целями и интересами коллективного образования. Однако как бы ни были многообразны эти права, их правомерность должна неизменно проходить проверку человеческим измерением -правами индивида. Коллективные права не должны игнорировать права человека, противоречить либо подавлять их. Если коллективные права ведут к ущемлению прав отдельного человека, значит, цели, объединяющие такую общность, антигуманны и противоправны.

Ценностный смысл выработанного тысячелетним опытом цивилизации набора универсальных прав человека состоит в том, что в них заложен потенциал тех естественных и непременных свойств, которые необходимы для нормальной жизнедеятельности человека и человечества в целом. Поэтому коллективные права не могут ранжироваться выше индивидуальных прав, а должны находиться с ними в гармонии, проверяться ими на своего рода «качество».

С другой стороны, международная практика показывает, что в современных условиях экономические и социальные права, право на мир и безопасность, право на удовлетворительную окружающую среду стали такими же неотъемлемыми правами человека, как и его политические и гражданские права. Такие права человеческой личности могут быть реализованы лишь через коллективные права народов – носителей таких прав, которые, в свою очередь, получают свою правосубъектность путем реализации своего коллективного права на самоопределение.

В международно-правовых пактах о правах человека нигде не говорится о приоритете прав человека над правами нации, народа. Напротив, как отмечается, например, в Резолюции №637 Генеральной Ассамблеи ООН от 16 декабря 1952 года именно «право народов и наций на самоопределение является предпосылкой для пользования всеми основными правами человека». Коллективные права народов, направленные на экономическое, социальное и культурное развитие народа в целом, укрепляют, таким образом, права и свободы отдельной личности. Нарушение коллективных прав народов и, прежде всего, неотъемлемого права на самоопределение, неизбежно приводит к нарушению прав и свобод и отдельного человека, что наглядно нам и было продемонстрировано в ходе вооруженной агрессии Республики Молдова против Приднестровской Молдавской Республики в 1992 году.

Авторы данного документа вновь утверждают, что права человека рассматриваются в современном международном праве как права если не приоритетные, то, по меньшей мере, равные правам народа. Но права народа --в частности, право на самоопределение – суть всего лишь коллективные права человека. Следовательно, покушения на право народа на самоопределение – это массовые нарушения прав человека.

По нашему мнению, более конструктивным тут был бы не поиск приоритетов, а выявление и установление оптимальных форм соотношения коллективных и индивидуальных прав, их гармоничного взаимодействия. Необходимо, чтобы во вновь принимаемых международных документах, через признание которых осуществляется защита национальных меньшинств, формулировать и закреплять не только права отдельных лиц, принадлежащих к меньшинству, но и права самих национальноцелостных общностей, обладающих своими особыми потребностями и интересами и поэтому нуждающихся в правовых средствах их защиты.

Право народов и наций на самоопределение потому и относится к правам человека, что дает гарантию от дискриминации (даже косвенной) личности по национальному (языковому, культурному, образовательному и т.п.) признаку, то есть от национального неравенства, национального угнетения. Разумеется, этот принцип должен проводиться последовательно по отношению ко всем народам, но это уже вопрос демократичности институтов власти, а не вопрос совершенства или несовершенства самого принципа самоопределения народов и наций. Показательным в осознании мировым сообществом необходимости создания системы защиты прав народов является положение одного из посланий недавно ушедшего от нас Папы Иоанна Павла II, в котором сказано о необходимости соблюдать не только права человека, но и коллективные права человеческих сообществ, то есть права народов и этносов.

Авторы данного документа не считают нужным для обоснования своих юридических аргументов в пользу необходимости наделения Приднестровской Молдавской Республики полным объемом международной правосубъектности применять личностный пафос или руководствоваться субъективными эмоциями. Однако объективно следует признать, что при детальном и самом тщательном нашем изучении разнообразных аспектов вооруженной агрессии Республики Молдова против Приднестровской Молдавской Республики 1992 года именно общегуманитарный аспект данной трагедии не мог оставить нас в полной мере хладнокровными и отстраненными юристами-аналитиками. Нарушения прав человека и базовых норм международного гуманитарного права, сопровождавшие военную агрессию Республики Молдова, зверства, чинимые агрессором против мирного населения, равно как и сами значительные жертвы среди мирных граждан Приднестровья – все это вряд ли способствует нейтральному и взвешенному юридическому анализу. Однако именно в таком нашем объективном анализе заинтересованы европейское и мировое сообщество, именно такого анализа требует проблематика Приднестровского урегулирования.

Уже через год после кровавых событий в Приднестровье 28 июня 1993 года был созван Международный общественный трибунал, по анализу ситуации с соблюдением норм международного гуманитарного права в ходе вооруженной агрессии Республики Молдова против Приднестровской Молдавской Республики 1992 года. Ведущие ученые юристы-международники из США, России, Швейцарии, Пакистана, Азербайджана, Казахстана зафиксировали многочисленные нарушения норм международного гуманитарного права во время вооруженного конфликта в Приднестровье.

Заслушав заявления свидетелей и мнения экспертов, представленных как общественными организациями, так и государственными структурами, ознакомившись с вещественными доказательствами и задокументированными материалами, Международный общественный трибунал отметил, что в ходе вооруженного конфликта в Приднестровье в марте-июле 1992 года были совершены грубые и серьезные нарушения Женевских конвенций о защите жертв войны 1949 года и Дополнительных протоколов к ним 1977 года, равно как и других международно-правовых актов, содержащих гуманитарные нормы международного права.

Со стороны вооруженных формирований Республики Молдова:

    • преднамеренные убийства гражданского населения, включая женщин и детей;

       

    • • пытки гражданского населения;
  • уничижающие человеческое достоинство обращение (изнасилование женщин, в том числе несовершеннолетних девочек, избиение граждан и т.д.);

     

  • принуждение граждан служить в Вооруженных силах Республики Молдова, под угрозой применения сурового уголовного наказания за отказ;

     

  • взятие заложников из числа лиц, принадлежащих гражданскому населению;

     

  • произвольное и производимое в больших масштабах разрушение зданий, сооружений и имущества, не вызываемое военной необходимостью;

     

  • незаконное присвоение имущества, принадлежащего гражданам, государственным, общественным и частным организациям, не вызываемое военной необходимостью;

     

  • нападение на гражданские объекты, сооружения и установки, в том числе содержащие опасные силы;

     

  • неприменение мер предосторожности при осуществлении и планировании военных операций;

     

  • осуществление нападений на необороняемые местности;

     

    • преднамеренные убийства, пытки и бесчеловечное обращение с военнопленными;

       

      • причинение увечий и избиение военнопленных;

         

      • вероломство;

         

  • неоказание мер по погребению мертвых, препятствование захоронению, а также глумление над трупами погибших и замученных;

     

  • преднамеренные убийства раненых и больных, а также пытки и бесчеловечное обращение с ними;

     

• нарушение прав санитарного персонала.

Практически сразу после окончания кровопролитной фазы приднестровского конфликта были найдены документальные свидетельства о формировании Республикой Молдова двух диверсионно-террористических групп «Бужор» и «Бурундуки» для осуществления убийств и диверсий на территории Приднестровья и о соответствующей преступной деятельности данных групп, что само по себе согласно пункту «g» Статьи 3 Резолюции 3314 (ХХIХ) Генеральной Ассамблеи ООН от 14 декабря 1974 года «Определение агрессии» является квалифицирующим признаком акта агрессии: «g) засылка государством или от имени государства вооруженных банд, групп, иррегулярных сил или наемников, которые осуществляют акты применения вооруженной силы против другого государства, носящие столь серьезный характер, что это равносильно перечисленным выше актам, или его значительное участие в них».

Столь же очевидно наличие в сложившейся в 1992 году ситуации и двух других основных признаков вооруженной агрессии, согласно вышеприведенной Резолюции: «а) вторжение или нападение вооруженных сил государства на территорию другого государства или любая военная оккупация, какой бы временный характер она ни носила, являющаяся результатом такого вторжения или нападения, или любая аннексия с применением силы территории другого государства или части ее; b) бомбардировка вооруженными силами государства территории другого государства или применение любого оружия государством против территории другого государства».

28 июня 1993 года в своем выступлении на Международном общественном трибунале доктор права, профессор, ректор Приднестровского государственного университета В.Н. Яковлев впервые огласил цифры потерь среди военнослужащих, ополченцев и мирных жителей Приднестровья за период боевых действий по отражению агрессии Республики Молдова против суверенитета и территориальной целостности ПМР: убитых приднестровцев

-695 человек, из них мирных жителей – 231 человек. Раненых – 2485 человек, из них мирных жителей – 91 человек.

Данные профессора Яковлева были окончательно уточнены и откорректированы в Книги памяти (Белой книге) ПМР. Увы, окончательное число жертв агрессии оказалось еще большим: всего погибших приднестровцев – 812 человек, из них мирных жителей – 310 человек.

Согласно пунктам 1 и 2 Статьи 5 Резолюции 3314 (ХХIХ) Генеральной Ассамблеи ООН от 14 декабря 1974 года «Определение агрессии» «Никакие соображения любого характера, будь то политического, экономического, военного или иного характера, не могут служить оправданием агрессии. Агрессивная война является преступлением против международного мира. Агрессия влечет за собой международную ответственность». Однако авторы данного документа констатируют, что Республике Молдова уже на протяжении многих лет удается благополучно избегать ответственности за грубые нарушения норм международного гуманитарного права в ходе агрессии 1992 года, равно как и за сам факт данной кровопролитной вооруженной агрессии.

В своем Заявлении от 29 июня 1993 года Международный общественный трибунал принял решение обратиться к Генеральному секретарю ООН с просьбой о включении в повестку дня очередной сессии Генеральной Ассамблеи ООН пункта о случаях серьезных нарушений норм международного гуманитарного права (Женевских конвенций и Дополнительных протоколов) в вооруженных конфликтах, протекающих на территории бывшего СССР. А сама Приднестровская Молдавская Республика вправе была, в соответствии с «Декларацией о принципах международ

ного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций» от 24 октября 1970 года,

в порядке осуществления своего права на самоопределение «испрашивать и получать поддержку в соответствии с целями и принципами Устава Организации Объединенных Наций». Однако, в силу стечения целого ряда обстоятельств, преимущественно неправового порядка, Генеральная Ассамблея ООН проигнорировала как обращение в свой адрес Международного общественного трибунала, так и самой Приднестровской Молдавской Республики.

Авторам данного документа представляется необходимым уточнить ряд аспектов международного гуманитарного права, связанного с Женевскими конвенциями и Дополнительными протоколами к ним, в контексте агрессии Республики Молдова против Приднестровской Молдавской Республики 1992 года.

Международное гуманитарное право признает две категории вооруженных конфликтов. Различительным признаком служит здесь государственная граница: военные действия между двумя или большим числом государств считаются международным вооруженным конфликтом, а вооруженные столкновения, происходящие внутри одного государства, - немеждународными, внутренними вооруженными конфликтами, часто также называемыми гражданскими войнами. Женевские конвенции 1949 года, в основном, регулируют именно международные конфликты, однако в них есть общая для всехСтатья 3, которая устанавливает ключевые принципы гуманитарного регулирования вооруженного конфликта, не носящего международного характера. Разумеется, что в нашем анализе мы будем справедливо с юридической точки зрения утверждать, что конфликт 1992 года носил именномежгосударственный характер и был связан с агрессией одного государства против другого, а значит, что конфликтная ситуация подлежит регулированию полным объемом Женевских конвенций 1949 года и Дополнительным протоколом №1,

касающимся защиты жертв международных вооруженных конфликтов от 8 июня 1977 года, регулирующим, в отличии от Дополнительного протокола №2, касающегося защиты жертв вооруженных конфликтов немеждународного характера от 8 июня 1977 года, именно международные конфликты. Наша точка зрения на то, что действия сторон в данном конфликте следовало и следует рассматривать исходя из норм именно Первого дополнительного протокола к Женевским конвенциям, который посвящен защите жертв международных вооруженных конфликтов, основывается на том, что пункт 4 Статьи 1 этого Протокола гласит, что к его компетенции относятся «вооруженные конфликты, в которых народы ведут борьбу против колониального господства и иностранной оккупации и против расистских режимов в осуществлении своего права на самоопределение, закрепленного в Уставе ООН и Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН».

Но даже с заведомо неправовой точки зрения наших оппонентов, лицемерно утверждающих о так называемом «внутреннем характере» вооруженного конфликта между РМ и ПМР 1992 года и, соответственно, ограниченном его международно-правовом регулировании (только унифицированная Статья 3 Женевских конвенций от 12 августа 1949 года и Дополнительный протокол к Женевским конвенциям №2 от 12 августа 1949 года, касающийся защиты жертв вооруженных конфликтов немеждународного характера от 8 июня 1977 года) мы все же имеем возможность определить тот объем преступлений против принципов гуманитарного права и приднестровского народа, совершенных вооруженным агрессором в 1992 году.

Мы ознакомились с сотнями запротоколированных фактов, наглядно свидетельствующих о грубейшем нарушении со стороны агрессора – т.е. Республики Молдова, конкретных положений Женевских конвенций и Дополнительных протоколов к ним. Не останавливаясь на цитировании столь ужасных свидетельств очевидцев данных преступлений против человечности, мы только обозначим некоторые конкретные нормы международного права, вероломно нарушенные вооруженными подразделениями Республики Молдова в период вооруженной агрессии 1992 года (как по жесткой версии Дополнительного протокола № 1, так и по мягкой версии Дополнительного протокола № 2).

Нарушения в отношении военнопленных

1. Статья 3 Женевской конвенции от 12 августа 1949 года об обращении с военнопленными.

«В случае вооруженного конфликта, не носящего международного характера и возникающего на территории одной из Высоких договаривающихся сторон, каждая из находящихся в конфликте сторон будет обязана применять, как минимум, следующие положения:

1. Лица, которые непосредственно не принимают участия в военных действиях, включая тех лиц из состава вооруженных сил, которые сложили оружие, а также тех, которые перестали принимать участие в военных действиях вследствие болезни, ранения, задержания или по любой другой причине, должны при всех обстоятельствах пользоваться гуманным обращением без всякой дискриминации по причинам расы, цвета кожи, религии или веры, пола, происхождения или имущественного положения или любых других аналогичных критериев.

С этой целью запрещаются, и всегда и всюду будут запрещаться следующие действия в отношении вышеуказанных лиц:

а) посягательство на жизнь и физическую неприкосновенность, в частности, всякие виды убийства, увечья, жестокое обращение, пытки и истязание,

b) взятие заложников,

c) посягательство на человеческое достоинство, в частности, оскорбительное и унижающее обращение,

d) осуждение и применение наказания без предварительного судебного решения, вынесенного надлежащим образом учрежденным судом, при наличии судебных гарантий, признанных необходимыми цивилизованными нациями.

2. Раненых и больных будут подбирать, и им будет оказана помощь...».

2. Статья 13 Женевской конвенции от 12 августа 1949 года об обращении с военнопленными.

«С военнопленными следует всегда обращаться гуманно. Любой незаконный акт или бездействие со стороны держащей в плену державы, приводящие к смерти военнопленного, находящегося в ее власти, или ставящие здоровье военнопленного под серьезную угрозу, запрещаются и будут рассматриваться как серьезные нарушения настоящей Конвенции. В частности, ни один военнопленный не может быть подвергнут физическому калечению или же научному или медицинскому опыту какого бы то ни было характера, который не оправдывается соображениями лечения военнопленного и его интересами.

Военнопленные равным образом должны всегда пользоваться защитой, в особенности от всяких актов насилия или запугивания, от оскорблений и любопытства толпы.

Применение к ним репрессалий воспрещается».

3. Статья 14 Женевской конвенции от 12 августа 1949 года об обращении с военнопленными.

«При любых обстоятельствах военнопленные имеют право на уважение к их личности и чести.

К женщинам следует относиться со всем полагающимся их полу уважением, и обращаться с ними должны во всех случаях не хуже, чем с мужчинами.

Военнопленные полностью сохраняют свою гражданскую правоспособность, которой они пользовались во время захвата в плен. Держащая в плену держава может ограничивать осуществление прав, предоставляемых этой правоспособностью, на своей собственной территории или вне ее лишь в той степени, в какой этого требуют условия плена».

4. Пункт 4 Статьи 17 Женевской конвенции от 12 августа 1949 года об обращении с военнопленными.

«Никакие физические или моральные пытки и никакие другие меры принуждения не могут применяться к военнопленным для получения от них каких-либо сведений. Военнопленным, которые откажутся отвечать, нельзя угрожать, подвергать их оскорблениям или каким-либо преследованиям или ограничениям».

*******************************************************

Увы, буквально каждый их выше обозначенных запретов многократно нарушался участниками вооруженных подразделений Республики Молдова. Задокументированные расстрелы без суда и следствия взятых в плен приднестровцев, нанесение им увечий, оскорбления, нечеловеческие пытки и истязания - все это красноречиво свидетельствует о подлинных намерениях вооруженного агрессора в отношении народа Приднестровья.

Нарушения в отношении мирного населения

Статья 27 Женевской конвенции от 12 августа 1949 года о защите гражданского населения во время войны.

«Покровительствуемые лица (тут речь идет о гражданском населении – авторыимеют право при любых обстоятельствах на уважение к их личности, чести, семейным правам, религиозным убеждениям и обрядам, привычкам и обычаям. С ними будут всегда обращаться гуманно, и, в частности, они будут охраняться от любых актов насилия или запугивания, от оскорблений и любопытства толпы.

Женщины будут специально охраняться от всяких покушений на их честь, и, в частности, от изнасилования, принуждения к проституции или любой другой формы покушений на их нравственность.

С учетом положений, касающихся состояния здоровья, возраста и пола, состоящая в конфликте сторона, во власти которой находятся покровительствуемые лица, будет со всеми ими обращаться одинаково, без какой-либо дискриминации, в частности по причинам расы, религии или политических убеждений».

Статья 31 Женевской конвенции от 12 августа 1949 года о защите гражданского населения во время войны.

«Никакие меры принуждения ни физического, ни морального порядка не должны применяться к покровительствуемым лицам, в частности, с целью получения от них или от третьих лиц сведений».

Статья 33 Женевской конвенции от 12 августа 1949 года о защите гражданского населения во время войны.

«Ни одно покровительствуемое лицо не может быть наказано за правонарушение, совершенное не им лично. Коллективные наказания, так же как и всякие меры запугивания или террора запрещены.

Ограбление воспрещается.

Репрессалии в отношении покровительствуемых лиц и их имущества воспрещаются».

Статья 34 Женевской конвенции от 12 августа 1949 года о защите гражданского населения во время войны.

«Взятие заложников запрещается».

Пункт 1 Статьи 51 Женевской конвенции от 12 августа 1949 года о защите гражданского населения во время войны.

«Оккупирующая держава не сможет принуждать покровительствуемых лиц служить в ее вооруженных или вспомогательных силах. Всякое давление или пропаганда в пользу добровольного поступления в армию воспрещается».

Пункты 1 и 2 Статьи 35 Дополнительного протокола №1 1977 года к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 года, касающегося защиты жертв международных вооруженных конфликтов.

«В случае любого вооруженного конфликта право сторон, находящихся в конфликте, выбирать методы или средства ведения войны не является неограниченным.

Запрещается применять оружие, снаряды, вещества и методы ведения военных действий, способные причинить излишние повреждения или излишние страдания».

Пункты 2 и 4 Статьи 51 Дополнительного протокола №1 1977 года к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 года, касающегося защиты жертв международных вооруженных конфликтов.

«Гражданское население как таковое, а также отдельные гражданские лица не должны являться объектом нападений. Запрещаются акты насилия или угрозы насилием, имеющие основной целью терроризировать гражданское население...

Нападения неизбирательного характера запрещаются…»

Подпункты a, b, c пункта 3 Статьи 85 Дополнительного протокола №1 1977 года к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 года, касающегося защиты жертв международных вооруженных конфликтов.

«В дополнение к серьезным нарушениям, определенным в статье 11, следующие действия рассматриваются как серьезные нарушения настоящего Протокола, когда они совершаются умышленно в нарушение соответствующих положений настоящего Протокола и являются причиной смерти или серьезного телесного повреждения или ущерба здоровью:

а) превращение гражданского населения или отдельных гражданских лиц в объект нападения;

b) совершение нападения неизбирательного характера, затрагивающего гражданское население или гражданские объекты, когда известно, что такое нападение явится причиной чрезмерных потерь жизни, ранений среди гражданских лиц или причинит ущерб гражданским объектам…;

c) совершение нападения на установки или сооружения, содержащие опасные силы, когда известно, что такое нападение явитсяпричинойчрезмерныхпотерьжизни,раненийсредигражданских лиц или причинит ущерб гражданским объектам…».

*******************************************************

В связи с этим данным и далеко не полным перечнем нарушенных вооруженными подразделениями Республики Молдова и запротоколированных надлежащим образом норм Женевских конвенций и Дополнительных протоколов к ним в отношении гражданского населения ПМР следует, прежде всего, вспомнить массированный обстрел жилых кварталов города Дубоссары из всех видов артиллерии со стороны Республики Молдова, приведший к многочисленным жертвам среди мирного гражданского населения, равно как и бомбардировку Военно-воздушными силами Республика Молдова мирного села Парканы.

По обнародованным в ходе работы Международного Общественного Трибунала данным, 17 мая 1992 года в результате массированного обстрела города Дубоссары из всех видов оружия, включая минометы и ракетные установки, возникла угроза экологической катастрофы: в верхнем блоке дубоссарского водохранилища накопилось более тридцати разлагающихся трупов людей, убитых членами диверсионных вооруженных формирований Республики Молдова, с привязанными к ногам грузами для воспрепятствования всплытию и обнаружению. Этими трупами была заблокирована сетка, что препятствовало пропуску через нее воды. Данное преступление, в свою очередь, вступает в противоречие с Пунктом 3 Статьи 35 Дополнительного протокола №1 1977 года к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 года, касающегося защиты жертв международных вооруженных конфликтов – «Запрещается применять методы или средства ведения военных действий, которые имеют своей целью причинить или, как можно ожидать, причинят обширный, долговременный и серьезный ущерб природной среде».

Авторы документа в заключении данной главы считают, что волюнтаристски решить национальный вопрос, мгновенно «защитив» права человека «окончательно и бесповоротно», как демагогически утверждается кое-кем и сегодня, невозможно, и, более того, как видим на примере горячих комбатантов Республики Молдова образца 1992 года, чрезвычайно опасно. Этим вопросом следует заниматься чрезвычайно серьезно и постоянно. Нужно своевременно разрешать порождаемые жизнью противоречия и проблемы, не только политического, но социально-экономического характера, не допуская их перерастания в антагонизмы. Вооруженные конфликты неизмеримо легче предотвращать, чем прекращать. От улаживания такого рода конфликтов следует переходить к регулированию межнациональных отношений в планетарном плане, к управлению ими в границах государств. Правовой основой таких подходов был и остается принцип самоопределения народов и наций в современном, реалистическом его толковании. А ООН должна максимально использовать для этого все имеющиеся политико-дипломатические возможности и сохраняться в качестве единственной организации, дающей санкции на применение силовых методов.